Кусок штукатурки шумно упал на пол.

Рванув дверь, Худ вышел на улицу.

4

Утром, завтракая в экспрессе Париж - Вентимилья, мерно постукивавшем колесами вдоль средиземноморского побережья, он обдумывал план своих действий в предстоящей ситуации.

- Эсприту Лобэр - весьма незаурядный человек, - говорил Джордж Кондор из внешней разведки, который инструктировал Худа после встречи с шефом.

- Во всяком случае у него незаурядная коллекция живописи, - отозвался Худ. - А что с ним за проблемы?

- Собственно говоря, причиной того, что мы обратились к вам, и стали картины. Говорят, у вас уже были с ним сделки такого рода.

- Я свел его с Гильдштейном по двум очень приличным полотнам Эль Греко и Давида, цены на которые были довольно устойчивыми. Еще раз я общался с ним в связи с каталогом к выставке-продаже, он спрашивал мое мнение и мы беседовали по телефону. Но лично я с ним никогда не встречался.

- Сейчас вы его увидите на кинопленке. Своего рода уникум, исключительно незаурядная личность. Уверен, ни одно агентство в мире не может похвастаться наличием хотя бы одной его фотографии в своей картотеке. Все, которые когда-либо делали, он давным-давно скупил.

Кондор предложил Худу сигарету. Они закурили.

- Лобэр, по нашим данным, родился в Корсакове на Сахалине. Его мать, а может, наоборот, отец, - здесь достоверных сведений нет - была местной уроженкой. Как бы там ни было, доминирует в нем вовсе не азиатская кровь. Увидите, у него даже не восточный разрез глаз. Детство он провел в нищете и своих первых успехов добился в ловле жемчуга для японцев. За какие-то прегрешения его наградили пароходиком, который считался брошенным: затем ещё один, он им делает косметический ремонт и выходит в море. Начинают ходить слухи, что он замешан в пиратстве. Но никаких доказательств нет.